— Да, а ты-то как, Рони?

— Я не физик, Поль. Я служу в ФБР… Ты удивлен?

— Нет, я хорошо отношусь к тому, что вы нас охраняете. Но наш совет, как эти крокодонты допустили тебя на закрытую часть?

— Из-за тебя.

— Не понял.

— Нам нужен специалист для одной небольшой работы, и я попросил дать характеристику на тебя. Они ответили: «Дадим любую, если заберете его отсюда».

— Добрые люди.

— А тот главный оппонент был единственным, кто предложил поддержать твои исследования. Что будешь пить? Я угощаю.

— Яблочный сок.

— И немножко бренди?

— Пожалуй. В каком ты звании?

— У нас свои категории, но если по полицейским меркам, я — капитан.

— Не слабо для тридцати пяти лет.

Голос Рони прозвучал как-то не бодро:

— Да, карьера складывается.

— А что для меня за работа?

— В общем, ничего особенного. Ты знаешь, конечно, гигантские карстовые пещеры в Кентукки? — Поль кивнул. — Отряд в моем подчинении должен изучить их на опасность использования террористами. Ты ведь разбираешься не только в кристаллах, но и в породах?

— Гранитные слои, известковые и так далее? Слабые места в сопротивлениях, пригодные для подрывов?

— Ну, видишь, ты слета схватил.

— Там огромные многоярусные подземные площади, Рони. Насколько мне известно, нет даже полной карты этих пещер.

— Нас не интересует все это гигантское пространство, а лишь те его части, которые подходят под крупные населенные пункты. Спелеологи, в свое время, не очень хорошо их обследовали.

— Понятное дело, вы же им не платили.

— Зато тебе заплатим за две недели в размере двухмесячной профессорской ставки.

— Щедро. Только неприятно, что за это я должен благодарить террористов.

— Ты прав, что-то нужно было делать гораздо раньше.